Ещё очень важно, до какой станции следуют эшелоны. Если до Кротовки - до неё три часа езды, - то узел обороны будет там. Чтобы её взять, красным придётся подготовиться, подтянуть новые войска. Если же эшелоны идут до Бугуруслана, то на расстоянии в двести верст до него серьёзной обороны белые не готовят. И, значит, большевики станут наступать ускоренно, не снимая частей с других участков.

– Вы через неделю-две, к примеру, вступите в бой. Будете драться - храбрей некуда. Но судьба боя уже сегодня решается, здесь! - Ромеев показал на составы, занявшие все пути, на толпящихся военных и разношёрстный люд.

Быбин закреплял пуговицу на запасной нижней рубахе. Откусывая нитку, степенно заметил:

– Неуж в нашей контрразведке про то не знают?

– Оно, конечно, как не знать, раз они - офицеры... - нервно поморщился Ромеев. - Но надо ещё лазутчика выследить! Кто на это годен - более меня?

Посетитель заинтриговал Панкеева. Вспомнилось, что недавно к ним в контрразведку обращался за вспомоществованием внушительного облика старик по фамилии Винноцветов - в прошлом один из высших чинов политического сыска. Бежав из Москвы от большевиков, он прозябал в Самаре в плохонькой гостинице рядом с вокзалом. Поручик послал за ним...

Винноцветов, огромный обрюзгший, лет шестидесяти пяти господин с седыми "английскими" полубаками, грузно, сдерживая кряхтенье, опустился в кресло.

– Фон Риббек, говорите? - в приятной задумчивости улыбнулся, вспоминая, потирая оживлённо белые руки с отечными пальцами. - Это, знаете, хо-хо-хо, фигура! - и вкусно причмокнул, как гурман, толкующий об изысканном блюде. - Разгром эсеровской партии в девятьсот шестом-седьмом - какую он здесь сыграл роль! Его заслугу трудно преувеличить. Талант бесподобнейший!